Почему апостол Павел написал в Послании к Римлянам 1:16, что евангелие должно быть проповедано «во‐первых, Иудею, потом и Еллину» — то есть, сначала евреям, а потом уже язычникам?
Павел был иудеем (евреем, глубоко верующим в Бога Израиля и соблюдающим Тору), родился в Тарсе Киликийском и учился в Иерусалиме у очень авторитетного в народе законоучителя Гамалиила. Но Бог не призвал его быть апостолом (что буквально переводится «посланником») к его соплеменникам-евреям. Бог поручил ему быть Своим апостолом к язычникам — задача, которая, как он позже признался, поначалу была ему не по душе (см. Деяния 22:17–21).
Тем не менее тот самый Павел, апостол к язычникам, всегда начинал свою работу в каждом новом городе с того, что сначала проповедовал евангелие своим соплеменникам-евреям. И именно Павел, апостол к язычникам, написал, что евангелие должно быть проповедано «во‐первых, Иудею, потом и Еллину». Почему именно в таком порядке?
Некоторые из нас могут предположить, что он просто проявлял пристрастность, продиктованную его великой любовью к своему еврейскому народу. Он, безусловно, любил нас с такой страстью, с которой могла сравниться лишь любовь Моисея и которую превосходила только любовь Иешуа [Иисуса]. И Моисей, и Павел были готовы быть вычеркнуты из Божьей книги жизни (Исход 32:32) и отлучены от Мессии (Римлянам 9:3) ради нас, своих соотечественников. Конечно, то, на что были готовы пойти пророк и апостол, совершил для нас и для всех народов Мессия. Но я не верю, что заявление Павла «во‐первых, Иудею» сводилось к привилегированному отношению, мотивированному его любовью к своим соплеменникам.
Я также не думаю, что он говорил лишь о богословском приоритете, в смысле: «Сначала детям и наследникам первой очереди, а потом уже дальним родственникам». Нет, Павел был миссионером и стратегом. В словах Павла заключена жизненно важная стратегия — если только мы готовы её услышать. Павел, апостол к народам, понимал Божий план распространения евангелия по всему миру. Он понимал ключевую роль этого «иудейского» призвания в евангелизации народов. Поэтому Павел сначала нёс евангелие людям, которых Бог призвал быть посланниками, чтобы эти посланники могли донести весть всему миру.
Если это призвание остаётся в силе по сей день (а Павел утверждает, что это так), то и необходимость нести евангелие еврейскому народу остается актуальной и сегодня. Логика не может быть яснее: нам, евреям, евангелие должно быть проповедано в первую очередь, потому что мы не можем провозглашать евангелие миру, пока не уверуем в него сами. Но мы не сможем уверовать в евангелие, пока не услышим его. А услышать евангелие мы не сможем, если кто-то сначала не принесёт его нам. Возможно, лучший способ помешать делу евангелизации всего мира — это не давать евангелие нам, евреям...
Так давайте отдадим евангелизации евреев тот стратегический приоритет, который ей придавали Иешуа и апостолы; давайте молиться о спасении Израиля, как молился апостол Павел (Римлянам 10:1); давайте возбуждать в нашем еврейском народе ревность (Римлянам 11:11); давайте возьмём на себя ту роль, которую Бог хочет, чтобы мы сыграли в деле проповеди евангелия еврейскому народу, — и тогда те из нас, кто уверует, будут нести евангелие всем, кого встретят.
Именно для этого мы, евреи, и были созданы. Именно для этого мы, евреи, и были призваны. Мы были избраны, чтобы провозглашать.
