Каждый Рош ха-Шана в синагогах читается рассказ об акеде из Бытия 22. Акеда в переводе с иврита означает «связывание» и относится к кульминационному моменту этой истории, когда Авраам связывает своего сына Исаака на жертвеннике, чтобы, собственно, принести его в жертву.
Рассказ в Бытие 22
Бог взывает к Аврааму, предположительно с небес, и Авраам отвечает: «Вот я!» На иврите Авраам сказал: «Хинени!» — фраза, которую и сейчас иногда используют, чтобы показать свою готовность откликнуться на Божий призыв. Но в этот раз Бог обращается к нему с очень странным повелением:
«Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой Я скажу тебе» (Бытие 22:2).
Одна из причин, почему это повеление так шокирует, заключается в том, что в Писании Бог запрещает человеческие жертвоприношения. Однако мы не видим дальше, чтобы Авраам протестовал, умолял Бога не требовать от него такой жертвы и вообще высказывал хоть какое-то возражение. Мы просто читаем, что он взял пару слуг, своего сына Исаака, дрова для жертвоприношения и отправился на гору.
Возможно, Авраам знает что-то, чего не знает Исаак?
А затем, ещё больше усугубляя странность происходящего, Авраам говорит своим слугам: «Останьтесь вы здесь с ослом, а я и сын пойдем туда и поклонимся, и возвратимся к вам» (ст. 5). Серьёзно? Мы думали, что Исаак идёт на смерть. Лжёт ли Авраам — или он знает что-то, чего не знаем мы? Когда Исаак затем спрашивает, где агнец для всесожжения — главное, что необходимо для заявленной цели их путешествия! — Авраам просто отвечает: «Бог усмотрит Себе агнца для всесожжения, сын мой» (ст. 8). Опять же, знает ли Авраам что-то, чего не знает Исаак? Или же он просто напускает туману, не желая ни лгать сыну, ни сообщать ему жуткую правду раньше времени?
Наконец они прибывают к месту жертвоприношения. Авраам связывает своего, по-видимому, совершенно не сопротивляющегося и даже не пытающегося протестовать сына, кладёт его на дрова и заносит нож, чтобы убить его. В самый последний момент ангел Господень взывает к Аврааму. И снова он отвечает Богу: «Хинени!»1. И ангел Господень говорит Аврааму: «Не поднимай руки своей на отрока и не делай ему ничего, ибо теперь Я знаю, что ты боишься Бога, так как ты не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня» (ст. 12). Когда Авраам поднимает глаза, он видит барана, запутавшегося рогами в кустах, который и становится всесожжением вместо Исаака.
Несколько стихов спустя Бог поясняет:
«Мною клянусь, говорит Господь, что, так как ты сделал сие дело, и не пожалел сына твоего, единственного твоего, то Я благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твое городами врагов своих; и благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего» (Бытие 22:16–18).
Толкование акеды
Это одна из самых странных историй во всём Священном Писании. Каждый Рош ха-Шана по ней читаются проповеди, пишутся аналитические статьи и ведутся дискуссии. Является ли она примером великой веры Авраама? Предназначена ли она предостеречь нас от человеческих жертвоприношений? Говорит ли она, что Бог может повелеть нам делать даже то, что неэтично? Возможно, она навсегда останется загадкой, или же она призвана побудить нас обсуждать текст и вникать в его смысл снова и снова. Говорят, что даже звук шофара на празднике Рош ха-Шана призван напоминать об акеде, поскольку Бог предоставил в качестве замены Исааку барана, и именно из бараньего рога изготавливается шофар.
Одно из самых интригующих толкований акеды рассматривает это жертвоприношение как фактически совершённое и имеющее искупительную силу для Израиля таким же образом, как и жертвоприношения животных. Раввин В. Гюнтер Плаут пишет:
«Существовало … примечательное предание, в котором утверждалось, что Авраам завершил жертвоприношение и что после этого Исаак был чудесным образом воскрешён … Согласно этой агаде , Авраам убил своего сына, сжёг свою жертву, и пепел от неё был засчитан как запас добродетели и искупления для Израиля во всех поколениях…».2
Одно время это толкование было широко распространено:
«Ибн Эзра (комментарий к Бытие 22:19) также цитирует мнение, что Авраам действительно убил Исаака… и позже тот был воскрешён из мертвых. Ибн Эзра отвергает это утверждение как полностью противоречащее библейскому тексту. Однако Шалом Шпигель продемонстрировал, что такие взгляды были широко распространены в народе и периодически встречаются в средневековых трактатах.3
Параллель между этим преданием и смертью и воскресением Иисуса очевидна.
Представление о смерти Исаака как об искупительной жертве встречается в различных еврейских текстах:
«"Мирровый пучок (кофер) —возлюбленный мой" (Песнь Песней 1:13). Это сказано об Исааке, который был связан, подобно… пучку благовонных трав, на жертвеннике. Кофер, потому что он совершает искупление грехов Израиля.4
«Если же потомки Исаака впадут в грехи и злодеяния, Ты вспомни о связанном Исааке и встань с престола суда, и сядь на престол сострадания, и исполнись жалости, и преврати символ осуждения в символ милосердия».5
«Равви Иехуда сказал: "Когда лезвие коснулось горла Исаака, его душа вылетела из него, (но) когда он услышал Его голос, звучащий между двумя херувимами и говорящий (Аврааму): «Не поднимай руки твоей на отрока» (Быт. 22:12), душа его вернулась в тело, (Авраам) освободил его, и Исаак встал на ноги свои. И Исаак знал, что таким образом мёртвые вернутся к жизни в будущем. Он открыл (свои уста) и сказал: «Благословен Ты, Господи, оживляющий мёртвых»"».6
«Когда праотец Исаак был связан на жертвеннике и обращён в пепел, а его жертвенный прах был брошен на гору Мориа, Святой, благословенно имя Его, тотчас же ниспослал на него росу и оживил его… ангелы-служители начали славословить: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, оживляющий мёртвых"».7
Откуда вообще взялось это представление, особенно учитывая, что в тексте Бытия недвусмысленно сказано, что Исаак не умер? Некоторые предполагают, что оно возникло в ответ на христианское учение, чтобы показать, что жертва Исаака была не менее действенной, чем жертва Иисуса. Параллель между этим преданием и смертью и воскресением Иисуса очевидна. Другие предполагают, что предание о смерти Исаака является отражением жизни евреев в Средние века, когда Исаак служил образцом для тех, кто предпочёл бы убить своих детей и себя, чтобы не быть принудительно обращёнными в христианство.
Акеда и Новый Завет
Среди всех этих интерпретаций, окружающих акеду, рискнём добавить к списку ещё одну.
Знаменитый русско-французский художник еврейского происхождения Марк Шагал часто обращался в своём творчестве к библейским сценам. На некоторых из своих самых известных картин он изображает Иисуса на кресте как символ страданий и мученичества еврейского народа. Иисус также присутствует на картине Шагала «Жертвоприношение Исаака».
На этой картине мы видим изображённого в жёлтом цвете Исаака, связанного на жертвеннике. Над ним стоит Авраам, нарисованный в оттенках красного, с ножом, занесённым, чтобы совершить жертвоприношение сына. В синем останавливающий его ангел Господень; а слева мы видим барана, застрявшего в кустах, и, хотя она не упоминается в Бытие 22, жену Авраама Сарру, которая смотрит на всё происходящее. И наконец в правом верхнем углу изображена сцена, где Иисус несёт свой крест, — и именно с неё стекает красный цвет, заливая Авраама и явно намекая на кровь.
Как и рассказ в Бытие 22, картина Шагала, кажется, создана, чтобы стимулировать дискуссию и порождать разные интерпретации. Ведь художник не верил в Иисуса как в Мессию, но Его образ влёк Шагала как символ страданий еврейского народа.
Так давайте выдвинем ещё одно возможное толкование. Мы не можем знать, что было в голове Шагала, когда он писал эту сцену. Но, по-своему, он связал Иисуса с историей, которую мы читаем каждый Рош ха-Шана. Знал ли он, что Бытие 22 имеет параллели — подумать только — с Евангелием от Иоанна в Новом Завете? Ведь в Бытие 22:2 Бог сказал Аврааму:
«Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака».
А в Евангелии от Иоанна 3:16 — возможно, самом известном стихе Нового Завета — мы читаем:
«Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную».
Как Авраам отдал в жертву своего сына Исаака, так Бог отдал в жертву Своего сына Иисуса.
Связь очевидна. Иоанн, несомненно, думал, что, подобно тому как Авраам любил Бога до такой степени, что готов был отдать в жертву своего единственного сына, так и Бог любит нас до такой степени, что сделал то же самое. А Исаак? Быть может, именно потому, что он тоже любил Бога и своего отца, он не стал сопротивляться, а добровольно лёг на жертвенник? Так и Иисус добровольно отдал свою жизнь: «Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее. Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее» (Иоанна 10:17–18).
Так что вот вам ещё одно толкование акеды, над которым стоит поразмыслить: как Авраам отдал в жертву своего сына Исаака, так и Бог отдал в жертву своего сына Иисуса. Как Исаак добровольно пошёл на жертвенник, так и Иисус добровольно пошёл на смерть. Однако между ними есть одно важное различие: взамен Исаака Бог предоставил в качестве жертвы барана, Иисус же действительно погиб, принеся искупительную жертву. Но это снова возвращает нас к сходствам: Авраам назвал то место «Господь усмотрит» (Бытие 22:14), поскольку Бог чудесным образом обеспечил жертвенного барана. Иисус в Своей смерти и воскресении стал наивысшим Божьим обеспечением для нас.
