У них Рождество, у нас Ханука. По крайней мере, так обычно думают евреи. Куда ни глянь, рождественские вертепы и всевозможные телешоу показывают идеализированно-слащавые картины рождения Иисуса. Рождественские образы настолько пропитали нашу культуру, что почти невозможно не знать общую суть этой истории. Закройте глаза и подумайте о «рождестве». Несомненно, вы представите себе спящего младенца, молодую мать (иногда со светлыми волосами), уютный хлев с мирно спящими животными и трёх царей-мудрецов, несущих дары.
Многим евреям всё это представляется очень чуждым, даже под соусом разбросанных то там, то сям еврейских отсылок, например в словах традиционных гимнов: «Родился Царь Израиля» или «Приди, приди, Эммануил». Однако более внимательное прочтение оригинальной истории о рождении Иисуса в Евангелиях от Матфея и Луки неожиданно открывает нам, что эта история на самом деле глубоко еврейская.
Время страданий еврейского народа
Рождение Иисуса в Вифлееме произошло в особенно неспокойный период еврейской истории. Прошло около 150 лет со времён восстания Маккавеев против угнетателей-язычников (победу над которыми мы и празднуем в Хануку). А примерно через 70 лет после рождественских событий другие язычники, римляне, разрушат Второй Храм.
В то время, в самом начале первого века, еврейский народ оказался под беспощадной оккупацией Римской империи. Кровавые стычки, вызванные еврейским сопротивлением и последующим возмездием римлян, были обычным явлением. Ставленник римлян на троне Иудеи, Ирод Великий, был известен своей жестокостью.
Иисус воочию видел и испытал на себе
страдания своего народа, так часто
повторявшиеся на протяжении мировой истории.
В 4 г. до н. э. произошел особенно жестокий случай. Группа иудеев сбросила римского орла, которого Ирод в угоду римлянам установил над главным фронтоном Иерусалимского Храма. Ирод, который был уже болен и при смерти, пришёл в такую ярость, что приказал сжечь тех, кто это сделал, заживо. В ответ в Иудее вспыхнул очередной бунт против римлян. Подавив этот бунт, римские власти в качестве возмездия распяли две тысячи иудеев.1 Это был излюбленный метод Рима для пресечения инакомыслия: прибивать живых людей гвоздями к деревянным столбам.
Вот в это жестокое и тяжёлое для евреев время в одной бедной еврейской семье и родился Иисус. Он воочию видел и испытал на себе страдания своего народа, так часто повторявшиеся на протяжении мировой истории.
Чудесные рождения
Чудесное непорочное зачатие Иисуса, одна из центральных сюжетных линий Рождества, кажется одновременно и наиболее несовместимой с еврейским мировоззрением. Однако Евангелия представляют это чудо как кульминацию главной библейской сюжетной линии, восходящей к самой первой книге Торы. По словам профессора Эми-Джилл Левин, еврейского (не мессианского) специалиста по Новому Завету, утверждения о том, что история рождения Иисуса взята из языческой культуры, упускают из виду многочисленные примеры чудесных зачатий, встречающиеся в древнееврейских Писаниях.2
Лука начинает свой рассказ о жизни Иисуса с истории рождения двоюродного брата Иисуса, Иоанна Крестителя, странствующего раввина, который должен был приготовить путь для Мессии (Луки 1:5–25, 57–80). Родители Иоанна, Захария и Елисавета, оба были уже в преклонном возрасте и не могли иметь детей. И вот однажды, когда Захария исполнял свои обязанности священника-левита в Храме, ему явился ангел и возвестил, что Елисавета чудесным образом родит сына, которого следует назвать Иоанном и воспитать как назарея (Луки 1:14–15).
Это был Божий способ показать Израилю,
что Он собирается снова двигаться
среди них, с невиданной мощью.
Эта история перекликается с историями Авраама и Сарры; Исаака и Ревекки; Иакова и Рахили; или Ханны, матери пророка Самуила. И, как и его предки, Захария не сразу поверил благой вести (Луки 1:18; ср. Бытия 15:2; 16:2; 18:12–15). Это чудесное рождение было, если хотите, тонким способом Бога показать Израилю, что Он собирается снова двигаться среди них, причём с невиданной до этого мощью.
Конечно, гораздо более известная беременность в этой истории — это беременность Марии (Мириам), непорочное зачатие. Как и в истории с Захарией, тот же ангел является Марии, чтобы объявить, что она забеременеет и родит сына (Луки 1:26–33). Но Мария молода и ещё не замужем. У неё нет причин считать себя бесплодной, потому что она ещё девственница.
В отличие от случая с Елисаветой, в еврейских Писаниях нет точного аналога такого чуда. Матфей ссылается на пророчество Исаии (Исаия 7:14):
«Итак Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Эммануил».
Отрывок из Исаии, который цитирует Матфей, значит на самом деле намного больше, чем просто подтверждение совершенно особой роли, уготованной Иисусу. Матфей проводит связь с основополагающей темой всех еврейских Писаний — о том, что историю Израиля направляет Божья рука, чтобы в конечном итоге дать спасение Своему народу.
Как и Захария, Мария не понимает, как это возможно, но, когда ангел объясняет, что нет ничего невозможного для Бога, Мария отвечает с верой: «Я раба Господня; да будет Мне по слову твоему» (Луки 1:38).
Сновидец Иосиф
Во время этого сверхъестественного зачатия Мария была помолвлена с мужчиной из своей деревни по имени Иосиф. Ему тоже явился ангел Господень, но в отличие от Марии, которая встретилась с ангелом наяву, к Иосифу он пришёл во сне.
Ангел сказал Иосифу:
«Иосиф, сын Давидов, не бойся принять Марию в жены, ибо родившееся в ней есть от Духа Святого. Она же родит Сына, и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их» (Матфея 1:20–21).
Имя «Иисус» (Иешуа на иврите) означает «спасение».
Позже, когда жизнь младенца Иисуса оказалась в опасности, Иосиф узнаёт об этом опять-таки во сне и получает от ангела указание бежать со своей семьёй в Египет (Матфея 2:13). Когда Ирод умирает, Иосифа снова посещает во сне ангел и говорит, что они теперь могут безопасно вернуться в Израиль (Матфея 2:19–20). И каждый раз после такого сна Иосиф делает в точности так, как ему было сказано.
Этот Иосиф напоминает нам другого Иосифа, 11-го сына Иакова, которого его братья насмешливо называли баал хахаломот, буквально «повелитель сновидений» (Бытие 37:19). Тот Иосиф также видел сны, которые привели его (а потом и его семью) в Египет. Сны Иосифа — и его способность толковать их и следовать им — привели к спасению не только его семью, но и весь мир. Как Иосиф объяснил своим братьям:
«Но теперь не печальтесь и не жалейте о том, что вы продали меня сюда, потому что Бог послал меня перед вами для сохранения вашей жизни; ибо теперь два года голода на земле: еще пять лет, в которые ни орать, ни жать не будут; Бог послал меня перед вами, чтобы оставить вас на земле и сохранить вашу жизнь великим избавлением. Итак, не вы послали меня сюда, но Бог» (Бытие 45:5–8).
Значимость параллелей между двумя Иосифами не могла ускользнуть от внимания Матфея и его первых читателей. Для них эти детали, несомненно, указывали на то, что Бог подводит историю Израиля к удивительному поворотному моменту.
Спасённый младенец
Матфей пишет, что жизнь младенца Иисуса оказалась в опасности из-за злобного и деспотичного царя Ирода. В попытке уничтожить потенциального Мессию, который мог бы однажды свергнуть его династию, Ирод приказал убить всех мальчиков возрастом до двух лет в Вифлееме и окрестностях (Матфея 2:16–18).
Матфей рассказывает эту историю таким образом, что читатель невольно вспоминает историю Моисея. Как объясняет в своём исследовании профессор Левин:
«В этом рассказе, традиционно называемом «избиение младенцев», Матфей проводит параллель между Иродом и фараоном (Исход 1:22), Иисусом и Моисеем (Исход 2:2–3). Подобно тому как жизнь Моисея оказывается в опасности, когда фараон приказывает бросать еврейских детей в Нил, жизнь Иисуса оказывается в опасности, когда Ирод приказывает убивать детей. Эта параллель Иисуса с Моисеем прослеживается и дальше через всё Евангелие от Матфея».3
Есть интересная параллель между историей Иисуса у Матфея и одним древним мидрашем (иудейским комментарием к Писанию). Мидраш предлагает дополнительное объяснение причины, по которой фараон приказал топить младенцев в Ниле: астрологи фараона якобы предсказали, что вскоре родится будущий освободитель Израиля.4 У Матфея убийственная ярость царя Ирода была также вызвана словами астрологов. Как пишет Матфей, Ирод узнал о рождении Иисуса от группы волхвов (в оригинале «маги»). Нееврейская христианская традиция ошибочно изображает волхвов царями или просто «мудрецами». Но на самом деле волхвы были жрецами-астрологами, вероятнее всего, из Персии.5
«Где родившийся Царь Иудейский?»
«Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: «Где родившийся Царь Иудейский? Ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему«» (Матфея 2:1–2).
Эта звезда описывается как исполнение мессианского пророчества, записанного в Числах 24:17:
«Вижу Его, но ныне еще нет; зрю Его, но не близко. Восходит звезда от Иакова и восстает жезл от Израиля, и разит князей Моава, и сокрушает всех сынов Сифовых».
Больше чем просто отголоски
И это лишь некоторые из множества очевидных элементов еврейской духовной традиции и отсылок к нашей еврейской истории в рождественском повествовании. Действие происходит в земле Израиля; Лука уделяет особое внимание событиям, связанным с городом Иерусалимом и Храмом (где происходит брит-мила Иисуса — церемония обрезания); пророческие песни, которые поют Мария, Захария и Анна, перекликаются с древними псалмами; многократно используется мессианский титул «Сын Давида» — все эти элементы повествования свидетельствуют о его родстве с еврейской историей и осуществлении в нём пророчеств, записанных в еврейских Писаниях.
Итак, в это Рождество я призываю вас прочитать древний еврейский рассказ о рождении Иисуса в Евангелии от Матфея. Это еврейская история о еврейском ребёнке, рождённом в еврейской семье в поворотный для Израиля момент истории. И каждый раз в это время года эта еврейская до мозга костей история захватывает воображение и надежды всего мира.
