В Библии мы можем увидеть людей с самым разным уровнем веры. И все же можно выделить три основных уровня: «вера, требующая чудес», «вера как ответ» и «вера, несмотря ни на что».
В Библии мы можем увидеть людей с самым разным уровнем веры. И все же можно выделить три основных уровня: «вера, требующая чудес», «вера как ответ» и «вера, несмотря ни на что».
Ко мне подошел друг, и его глаза явно искали ответа: – Я хочу Вам скинуть ролики о чипах, посмотрите. Не то, чтобы друг мой боялся чипирования: все-таки он работает в силовой структуре, служил в армии, он не из трусливых. Но за его словами стоял незаданный вопрос: «А если завтра мне скажут поставить чип – что я должен ответить как верующий?»
Ко мне подошел друг, и его глаза явно искали ответа: – Я хочу Вам скинуть ролики о чипах, посмотрите. Не то, чтобы друг мой боялся чипирования: все-таки он работает в силовой структуре, служил в армии, он не из трусливых. Но за его словами стоял незаданный вопрос: «А если завтра мне скажут поставить чип – что я должен ответить как верующий?»
Только в последние несколько лет наш еврейский народ решается говорить о Холокосте. Гитлер и его кровожадные «приспешники» смогли не только изжить 6 миллионов евреев. Ужас, который они посеяли, живо ощущается даже через многие годы. Он впечатан в сознание выживших, как вытатуированный номер на руках.
Только в последние несколько лет наш еврейский народ решается говорить о Холокосте. Гитлер и его кровожадные «приспешники» смогли не только изжить 6 миллионов евреев. Ужас, который они посеяли, живо ощущается даже через многие годы. Он впечатан в сознание выживших, как вытатуированный номер на руках.
Если спросить обычного еврея, что он думает о церкви, то, скорее всего, ответ будет следующим: "А зачем мне вообще думать о церкви? Какое я к ней имею отношение?" В еврейском мировоззрении церковь — это нечто чуждое, такое, о чем порядочный еврей и думать не будет.
Если спросить обычного еврея, что он думает о церкви, то, скорее всего, ответ будет следующим: "А зачем мне вообще думать о церкви? Какое я к ней имею отношение?" В еврейском мировоззрении церковь — это нечто чуждое, такое, о чем порядочный еврей и думать не будет.
Многое из описанного в Ветхом Завете не применимо в наше время, в нашей культуре и обстоятельствах. Многое обязательное в те времена утратило важность сейчас. Например, жертвоприношения в Храме, очищение грехов человека через жертву животного и другие чисто технически невозможные вещи.
Многое из описанного в Ветхом Завете не применимо в наше время, в нашей культуре и обстоятельствах. Многое обязательное в те времена утратило важность сейчас. Например, жертвоприношения в Храме, очищение грехов человека через жертву животного и другие чисто технически невозможные вещи.
Я не из тех, кто видит демонов в чашке чая, но… чем дольше я служу Господу, тем больше осознаю, насколько реален духовный мир вокруг нас. И в этом огромном невидимом мире, который так же реален, как и мир видимый, идет яростная битва за души людей. Тот, кто не обращает на это внимания, рискует собственной жизнью.
Я не из тех, кто видит демонов в чашке чая, но… чем дольше я служу Господу, тем больше осознаю, насколько реален духовный мир вокруг нас. И в этом огромном невидимом мире, который так же реален, как и мир видимый, идет яростная битва за души людей. Тот, кто не обращает на это внимания, рискует собственной жизнью.
